Публікації

До Дня Конституції: як виправдовували порушення Основного закону

За 24 года существования украинской Конституции она так и не стала нерушимым Основным законом, а должность главы государства, к сожалению, имеет мало общего с “гарантированием” соблюдения прописанных в ней норм. В моменты, когда это удобно с точки зрения политики, внутренней или внешней конъюнктуры, Конституцию, в принципе, можно нарушать. Чему будут легко находить оправдания. Об этом стоит помнить, слушая пафосные речи политиков 28 июня.

От нарушения Конституции не застрахован ни один политик или обычный гражданин. Более того, тот, кто должен “гарантировать” соблюдение Конституции, сам часто является инициатором ее нарушений. Вот несколько типичных оправданий, которые уже стали классикой отечественной правовой мысли.

“Это все забота о здоровье”

О неконституционности введения карантина и целого ряда ограничений прав человека со стороны Кабмина в середине марта 2020 года знают сегодня, пожалуй, даже школьники. Нарушение прав на свободу передвижения, на труд, на предпринимательскую деятельность, на образование, принятие решения о карантине без представления главного санитарного врача, незаконное ограничение полетов, ряд инициатив по упрощению сбора информации и контролю за перемещением граждан – вот далеко не полный перечень решений правительства, которые прямо или косвенно нарушают Основной закон.

О том, что действия Кабмина были “на грани законности”, недавно заявил и министр юстиции Денис Малюська. “Цель была – защитить людей. И это удалось”, – констатировал чиновник. Почему, если цель была столь благородной, нельзя было соблюсти все необходимые процедуры для принятия нужных решений – вопрос, на который никто из Кабмина пока так и не ответил. А вот прецедент для “быстрых и эффективных” действий в критической ситуации правительство для себя уже создало. Граждане и бизнес должны быть готовы к тому, что в следующий раз их права и свободы могут быть ограничены еще более стремительно.

“Это все защита от Коломойского”

Суть “антиколомойского” законопроекта известна: не позволить бывшим владельцам национализированного банка оспаривать национализацию в судах, чтобы вернуть себе финучреждение. Их компенсация может ограничиваться только деньгами. Тот факт, что экономики в этом документе намного меньше, чем политики, признают и противники, и сторонники его принятия. Однако, несмотря на заявленные высокие цели, путь, по которому пошли законодатели, не соответствовал Конституции.

Во-первых, от первого до второго чтения законопроект изменился до неузнаваемости. Во-вторых, специально под документ была изменена процедура рассмотрения правок. Сама идея ограничения компенсации в случае незаконной национализации только деньгами также грубо противоречит Основному закону, ведь в этом случае фактически узаконивается противоправное лишение собственности.

Глава фракции “Слуга народа” Давид Арахамия откровенно заявил, что “антиколомойский закон не самый конституционный”, но поскольку стране нужно было получить очередной транш кредита от МВФ, на это пришлось закрыть глаза. Очевидно, что тактическое получение займа под выгодные условия – важная составляющая экономической стабильности. Однако сегодня трудно предположить, чем закончится тяжба бывших акционеров “Приватбанка” и других финучреждений, которые подпадут под действие закона, против Украины в Европейском суде по правам человека.

“Это все важная антикоррупционная инфраструктура”

Нормотворческая карусель, которая сопровождается регулярными нарушениями Конституции – неотъемлемая часть и антикоррупционных реформ в Украине. Начиная с попытки принятия неконституционных норм о назначении Президентом глав НАБУ и ГБР (в Конституции у него просто нет таких полномочий) и заканчивая созданием Высшего антикоррупционного суда (нарушение норм Конституции о недопустимости создания чрезвычайных и особых судов) – все эти мероприятия всегда оправдывались необходимостью как можно более эффективно бороться с коррупцией в высших эшелонах власти, а также давлением со стороны “наших западных партнеров”.

Сейчас Высший антикоррупционный суд открыто воспринимается обществом неотъемлемой частью антикоррупционной вертикали и от него ждут “посадок”. Это не соответствует главной задачи суда в уголовном процессе – беспристрастно вершить правосудие в состязательном процессе. Ломая Основной закон “через колено” руками своих представителей то ли в парламенте, то ли в правительстве, антикоррупционные активисты ставили себя фактически на один уровень с инициаторами откровенно политических актов конституционного вандализма, например, изменение целого закона ради назначения нужного Генпрокурора или свержения неугодного главы ГБР.

Однако, как свидетельствует судьба судебной реформы времен Петра Порошенко (которую Конституционный суд отменил именно из-за процедурных нарушений), а также почти наверняка успешная история отмены закона о люстрации 2014 года – сколько веревочке не виться, рано или поздно неконституционность подобных инициатив будет доказана.

***

Как показывает практика, граждане не слишком сильно переживают по поводу нарушения Конституции своими избранниками, поскольку ни одна из перечисленных выше – да и вообще каких-либо других антиконституционных инициатив – не приводят ни к массовым протестам, ни к громким отставкам.

Более того, последние исследования о желании “сильной” руки во главе государства, скорее всего, еще больше раззадоривают провокаторов нарушения Основного закона. Рецептом против скатывания в диктатуру в этой ситуации должны стать активная позиция граждан по защите своих прав и реальная, а не очередная бутафорная судебная реформа.